Последний герой

Виктор Цой

ПОЗДНИЕ АЛЬБОМЫ

Опубликовано 05.05.2010 - В рубриках: Статьи

Продолжаю свой цикл статей об альбомах КИНО:)
К поздним альбомам группы КИНО относятся «Группа крови», «Звезда по имени Солнце» и «Черный альбом». Песни с последних альбомов известны больше, чаще крутятся по радио. Они резко отличаются от ранних по настроению, по способу подачи. Меняется и звучание музыки. От веселья, задора, модничанья, иронии и приземленности Цой приходит к грусти, философским обобщениям и серьезности. Меняется даже голос, становится более низким.
Можно отрицать какое-либо влияние восточной философии на Цоя этого периода, но если как таковой ее в песнях и нет (что тоже довольно спорный вопрос – ведь у каждого критика свое понимание восточной философии), то занятие восточными единоборствами в какой- то мере способствовало его творческому росту и развитию той позиции, которую он озвучил в своих последних песнях.: «Цой, тогда (я так понимаю, это период «начальника Камчатки» еще), я помню, углубился в «Дао дэ цзин» и какие-то восточные темы. Собственно, благодаря этому ему удалось сформулировать в песнях то, что он сформулировал. Потому что такую четкость, ясность и прозрачность высказываний, как у него, вообще сложно найти. То есть это что-то нечеловеческое, это можно сравнить со святыми востока, которые создавали мантры, которые потом сотни тысяч пели»
С этим высказыванием Сергея «Африки» Бугаева я в целом согласна, с одной оговоркой: Цой не хотел того, чтоб его песни пели как мантры – он хотел, в первую очередь, высказаться и был рад, что у него нашлись единомышленники. Но ни в коем случае он не считал себя «гуру» — он сам своими песнями показывал свое развитие.
Борис Гребенщиков утверждает: « Витя стал аналогом Брюса Ли, и музыка у него получилась та же самая. Если в первых песнях он был непонятным городским бродягой из мрачных районов Ленинграда, то потом он неожиданно превратился в Брюса Ли в музыке. Я думаю, что Брюс Ли помог Вите раскрыть свой потенциал, потому что быть корейцем в России не так легко, это плохо, а быть похожим на Брюса ли – наоборот, очень хорошо».
Факт, что Цой был, как минимум, знаком с «восточной философией» — это воспоминания его тренера по кунг-фу, Сергея Пучкова о том, как проходили тренировки: «Я рассказывал все известные мне буддистско-даосские притчи, и трогала обычно именно та их часть, где присутствует юмор или абсурдизм».
Если говорить о позднем КИНО не с позиции настроения, а с точки зрения музыки, то она стала более мощной. Юрий Каспарян наконец-то заиграл в полную силу, на поздних альбомах в полной мере применялась драм-машина. Теперь это мелодичный и мрачноватый гитарный пост-панк.
Улучшению звучания группы способствовала не только творческая зрелость, но и возможность делать более качественные записи. Жена Юрия Каспаряна, Джоанна Стингрей , одарила музыкантов четырехканальной портостудией, на которой музыканты писали все партии для «Группы Крови».
Естественно, не все представители питерской тусовки, восприняли это как шаг вперед.
«За его творчеством я следил, но не пристально. все равно доходило. Я не могу себя назвать фанатом группы «КИНО», на мой взгляд, первые опыты были лучше. Цой абсолютно изменил стиль и с какого-то момента, я это очень хорошо слышу, поперла конъюнктура. При том, что он пытался оставить тот же имидж. Конъюнктура и в текстах слышна. То есть Цой ранний был сложнее Цоя позднего. Над ранним нужно было подумать, а поздний был уже на универсально-бытовом уровне» (Олег Валинский, первый барабанщик КИНО)
Тропилло особенно много и резко говорит об этом, утверждая, что КИНО выбрало тупиковый путь развития еще в 87 году, что серьезные тексты не соответствовали попсовой музыке, что Цой уже не мог изменить музыкальный имидж, в который влез, а Каспарян – однообразный гитарист, который не может эволюционировать в другом направлении (время показало, что это не так).
Тропило, видимо, больше устраивало бы, если бы Цой был одномерным: то есть пел серьезные песни один под гитару – такой типичный русскорокер. И в то же время он Тропило хотел, чтобы Цой был «разным». Именно резкий переход от «Это не любовь» к «Группе крови», и показывает, что он был разным!. А последний, «Черный альбом», как раз демонстрирует нам весь диапазон его образа.
Другой вопрос, что ни один художник выраженной творческой индивидуальностью не может быть уж совсем не таким – в противном случае он просто пародист. И Цой в «моих друзьях» и «Звезде по имени солнце» — это все же один и тот же Цой
Быть разным, постоянно пробовать себя в чем-то новом – это неотъемлемая черта Цоя
от начала, за что он неоднократно был критикуем идейными питерскими подпольщиками.
«…если БГ мог изменить собственный имидж в какой-то момент, то Цой, по-моему, в последних альбомах этот образ только дорисовывал.», — считает Тропило. Именно потому, что БГ более однообразен, а Цой на момент, скажем, «Группы Крови» уже имел настолько широкий диапазон, что БГ он и не снился. Когда человек уже сам по себе многое включает в своем творческом опыте, то естественно, развиваться все тяжелее.
Рашид Нугманов: «…от некоторых я слышу рассуждения, что Виктор уже исчерпал свой творческий запас. Это просто спекуляции. До этого еще очень далеко было. На самом деле он только начинал разворачиваться. Разумеется, даже то, что он сделал – огромно, и это навсегда войдет в нашу историю. Но и впереди у него были не менее интересные вещи»
Максим Пашков «Говорили еще, что все песни КИНО на один мотив. Это тоже не так. У каждого композитора есть свой гармонический мир, в котором он существует, отображая его с разных сторон. А что, Моцарт – разве он не весь одинаковый? Если подходить с этой позиции – одинаковый. А Высоцкий? Или ему надо было одну песню петь как Высоцкий, а другую – как Утесов?»
Претензии у звукорежиссера и к текстам: по его мнению, образы поздних песен Цоя почерпнуты из американских боевиков (я приводила цитату БГ, который говорил о влиянии Брюса Ли на поздние песни Цоя, но говорил это с положительным отношением, в отличие от Тропило). Я считаю, что ничего зазорного в этом нет, даже если это так. Кинографичность это одно из двух средств, которое помогает цеплять слушателя, рисуя ему свои мысли и убеждения не словами, а картинками как комикс. Человеческое восприятие так устроено, что образы, воспринимаются легче, чем тексты с отвлеченным содержанием. Этим и объясняется, что простые, бытовые слова его песен передают настолько много смысловой информации. И на своем опыте я знаю, насколько трудно написать песню, в которой был бы целостный, кинографичный образ, как у Цоя, а не поток сознания, как у Борис Борисыча, при всем уважении к его текстам. И при этом еще уметь наделить эти картинки смыслом и не скатиться в эстрадную пошлость.
И эта образность как раз не противоречит, а хорошо соседствует со вторым средством зацепить слушателя: так называемой «попсовой» музыкой. Конечно, она не была попсовой. Это была музыка, актуальная на тот момент., музыка, которую легко и приятно слушать в силу ее простоты и мелодичности. И при этом Цой лишил ее «готичной мрачности пост-панка, наделив своим видением. За это на него тоже посыпались обвинения в конъюнктурности – от друзей и знакомых, вроде Кости Кинчева., от поклонников западного постпанка – из-за того, что по мнению одних «Цой вчистую сдирал западный постпанк», а по мнению других, «это просто жалкая пародия на западный постпанк»
В том то и дело, что ничего он не сдирал вчистую, и пародировать никого не собирался. Ни один человек не может полностью создать что-то новое, не опираясь на старое. При том, что ему удавалось быть в русле актуальности, он не ставил на это все.
Оставалось третье – та самая серьезная суть, которую он пытался донести до людей. Это тоже многие отрицают, но если бы не было этой уникальности, которую он привнес, то его вряд ли слушали бы спустя 20 лет после распада группы КИНО. Беспомощность «групп-двойников» самого КИНО и непопулярность у нас тех коллективов, что базировались именно на копировании чистого западного постпанка, показывает, что простым копированием добиться признания такого количества людей невозможно.
Но меня печалит и противоположная тенденция: у некоторых «киноманов» отсутствует желание понимать ранние песни, в том числе и у меня на первом этапе, когда я только начинала слушать Цоя. Хотя сейчас я понимаю, что пусть эти альбомы хуже по качеству, да и КИНО еще только себя искало, в них есть во-первых, какой-то особый вкус эпохи, и во-вторых, из них можно узнать тот бэкграунд, из которого вырос образ позднего Цоя. Нужно понимать, что он отнюдь не родился святым и всезнающим посланцем небес.
А многие ранние песни поражают тем, насколько человек был умен не по годам.
И между прочим, целостность образа Цоя подтверждается и тем. Что он с легкостью смог перепеть ранние песни в «поздней обработке» на «Последнем Герое».

Комментарии

Оставьте отзыв




Тут просто рекламные ссылки, чтобы поддерживать работу сайта

Рекламные ссылки


Рейтинг блогов
Рейтинг блогов